Об особенностях национальных индикаторов прав человека
Спустя всего несколько дней после демократических заявлений президента Токаева на очередном заседании Нацсовета, правоохранительные органы дезавуировали все его слова, практически поддержав Европарламент с его вынесенной две недели назад резолюцией.
Новости по теме
![](/i/Posts/123465_sequ.jpg)
Во многих городах Казахстана прошли митинги
Сегодня, 28 февраля, в разных городах страны прошли мирные акции протеста.
28.02.2021 20:02![](/i/Posts/123464_sequ.jpg)
Силовики свыше 7 часов удерживают митингующих в оцеплении
Силовики Алматы уже восьмой час удерживают митингующих в оцеплении, одного увезла полиция.
28.02.2021 19:02Индикаторы Токаева
По большому счету, заявления Касым-Жомарта Токаева на заседании Национального совета общественного доверия основывались на двух вещах – резолюции Европарламента и готовящихся земельных митингах. Впрочем, президент анонсировал это мероприятие еще в день парламентских выборов, пригрозив, что «предстоит серьезный разговор». Только разговор этот в большей степени был монологом и затронул разные стороны нашей жизни, в том числе, отодвинув некоторые важные моменты на несколько лет вперед. Например, по прямым выборам акимов районов - до 2024 года, при этом не назвав четких причин того, почему их нельзя провести в этом году.
Но выборы – это отдельная тема, как и другие вопросы, поднятые президентом на заседании Нацсовета. Сегодня же мы остановимся на прошедших вчера митингах. В первую очередь, конечно же, речь идет о продаже земли. Точнее, о запрете продажи иностранцам земель сельскохозяйственного назначения, а также ее аренде, причем, не только прямо, но и юридическим лицам с участием иностранцев. Как быть с землями, которые уже находятся в аренде (российские СП, например, в этом плане на первом месте), Касым-Жомарт Кемелевич не уточнил, равно как и судьбу российских же полигонов на территории Казахстана.
Другой блок тем, затронутых выступающим – это права человека. Господин Токаев напомнил, как опытный международник, что «в текущей мировой практике существуют 14 глобальных индикаторов, разработанных управлением Верховного комиссара ООН по правам человека», а затем предложил «на их основе начать поэтапное внедрение Национальных индикаторов оценки соблюдения прав человека». Однако и здесь не стал уточнять, что это за индикаторы, так как эти понятия слишком различаются, а если говорить о полном пакете, то их немногим больше четырнадцати.
Стоит отметить, что таким образом глава государства косвенно признал то, что права человека с правами человека у нас проблемы и только сейчас, на 30-ом году независимости, приходится их внедрять. Причем, сверху. Кроме этого, из вышесказанного следует, что у нас будут какие-то свои, национальные и особенные индикаторы. Тоже самое касается «поэтапного введения» – а почему нельзя все сразу и уже по готовым лекалам от Верховного комиссара ООН?
Хотели как лучше…
Впрочем, это риторические вопросы. Прошедшее 25 февраля заседание Нацсовета оказалось очень показательным с точки зрения того, что не замедлило произойти в выходные. Напомним, что к протестам против продажи земли 4 февраля призвал Макс Бокаев спустя пару часов после освобождения из колонии за этот самый земельный митинг, призвав казахстанцев выйти на площади своих городов 28-го числа. Позднее лидер незарегистрированной Демократической партии Жанболат Мамай заявил о намерении провести мирное шествие, назначив встречу в Алматы на пересечении улиц Абая и Байтурсынова. Несколько дней назад «подоспел» и Мухтар Аблязов, параллельно обвинив в продажности и Макса, и Жанболата.
Власти стали готовиться к митингам заранее. Только в Уральске уведомление о митинге было удовлетворено местными властями, но здесь к одним активистам стали наведываться полицейские, у другого сгорела машина, а во всех других городах, включая обе столицы, пришли запреты и угрозы. В Алматы вдруг закрылся на карантин Центральный парк (где назначил митинг Аблязов), а на месте начала шествия демпартийцев была закрыта станция метро и остановки автобусов, перекрыто движение на оживленных улицах, сдвинуты маршруты общественного транспорта. Заодно был привычно отключен мобильный интернет, причем до позднего вечера, что создало большие проблемы для местных торговых точек и простых граждан. Впрочем, интернета не было и во всех других городах страны – там, где собирались провести митинги.
В Алматы и Астане полицейский спецназ вновь применил тактику «кеттлинга» – блокирования в кольцо митингующих. На этот раз в южном мегаполисе был поставлен мировой рекорд – сторонников Мамая (и его вместе с ними) продержали в «чайнике» более 10 часов. Кстати, недавно прокуратура, рассмотрев соответствующее заявление, не нашла в такой практике ничего противозаконного. Странно, но суды в Лондоне и Нью-Йорке нередко удовлетворяли иски от граждан, в отношении которых применялся «кеттлинг», а известные правозащитные организации делали официальные заявления, что такая практика унижает человеческое достоинство. Видимо, опять наши национальные индикаторы «не того калибра».
В целом же, могло показаться, что работа властей в отношении митингов свелись к тому, чтобы о них узнало, как можно меньше людей. В этом плане особо стоит отметить действия правоохранительных органов, которые делали все, чтобы не дать представителям СМИ делать свою работу (а воспрепятствование профессиональной деятельности журналистов – это уголовная статья).
А вышло наоборот
Кроме всего прочего, на заседании НСОД президент Токаев уделил внимание защите женщин от всевозможного насилия – даже немного больше, чем правам человека вообще. Спустя трое суток в обеих столицах СОБР блокировал участников мирных шествий, среди которых было немало женщин. В Астане, по свидетельствам очевидцев, полиция куда-то забрала двух из них, когда они попросились сходить в туалет. Кстати, такие пытки применяли сотрудники ГПУ при допросах представителей русской знати – чтобы сломить дух аристократок.
В резолюции Европарламента от 11 февраля несколько пунктов было посвящено тому, что проявилось в Казахстане в минувшее воскресенье и накануне. Были превентивные аресты, пытки и жестокое обращение, в том числе над женщинами, в прямом смысле отключение граждан от права на интернет, контроль свободы слова, ограничение права на мирные собрания, и это при том, что Акорда гордится новым законом и выставляет его в качестве главного аргумента в свою защиту перед Евросоюзом. Таким образом, на первый взгляд, наши власти только усугубили свое положение.
Однако здесь не все так просто, как кажется. На наш взгляд, события конца прошедшей недели продемонстрировали две главные вещи. Во-первых, режим продемонстрировал, что не собирается «идти на поводу» Европарламента, хотя Казахстан подписал по этому поводу ряд международных пактов и взял на себя соответствующие обязательства. В принципе, сразу было понятно, что так и будет, но просто так вышло, что пришлось продемонстрировать это наглядно – во внутренней борьбе между истинным режимом и стремлением казаться демократичной страной, победил первый.
Отсюда возникает второе – демонстрация противоречий между основными ветвями власти, между тем, что говорит Акорда и происходит на самом деле. В принципе, нельзя сказать, что «при Назарбаеве» такого не было – это происходило всегда, просто сейчас так совпало – транзитный период, предсанкционная резолюция, назревание социально-экономического кризиса, да и недавние парламентские выборы пришлись очень некстати для режима. Эти противоречия говорят о полной неспособности нынешней власти к самореформированию, поэтому она будет действовать по заранее спланированному сценарию, а также исходя из инстинкта самосохранения.
Конечно, можно опять сделать вид, что ничего не происходит, однако концепция «слышащего государства», провозглашенная Касым-Жомартом Кемелевичем, сыграла с ним злую шутку – ему надо будет как-то реагировать на происходящее. При этом надо помнить (и ему, в первую очередь), что президент все еще наделен многими полномочиями, которые могут как-то изменить ситуацию, заставив поверить международное сообщество и самих казахстанцев, что демократию в нашей стране все же можно внедрить. Тем более, санкции, от которых, похоже, уже не отвертишься, являются адресными, а не государственными, и будут касаться только отдельных персон.
Хуже будет, если от Казахстана окончательно отвернутся потенциальные и действующие инвесторы из Европы. Тогда нам одна дорога – на Север и на Восток, что с учетом международной обстановки и нынешнего имиджа России и Китая, совсем плохой вариант. Но ведь должен же быть какой-то выход? Наверное, стоит вспомнить, что единственным источником власти в Казахстане является его народ, поддержки которого пока так не хватает президенту на вершине олимпа.