Аманжол Макбуз: «Вакцинацию нельзя делать без широкой разъяснительной компании – это слишком опасно»
Токаев, вопреки своему обещанию, вакцинировался «Спутником», хотя отечественная вакцина уже практически готова и зарегистрирована. Это все равно, как если бы Путин привился казахстанской вакциной. Отношение к собственным разработкам – вопрос политики. Но, что еще важнее, доверия к своим ученым, своей стране в целом.
Впрочем, и сам процесс вакцинации говорит о том, что Казахстан не извлек никаких уроков за прошедший год после начала пандемии – год спустя мы видим ту же неразбериху и с карантинным режимом, и вакцинированием. Она началась сумбурно и вопреки всего месяц назад анонсированному плану. Правительство уверяло, что вакцинация будет идти поэтапно и начнется с определенных категорий населения. Однако, она началась с блогеров, хаотично, без обязательных разъяснений: в какой последовательности ее проводить, кому она противопоказана, как избежать нежелательных издержек и пр. Перебои с поставками вакцин начались сразу же после начала, запуск обещанного еще в марте производства казахстанских вакцин запаздывает на неопределенное время. Профессор кафедры микробиологии и вирусологии Казахского Национального аграрного университета Аманжол Макбуз попытался восполнить информационный дефицит.
– В какой последовательности должна проводиться вакцинация? Какие противопоказания есть при ее проведении.
– Изначально было заявлено, что вакцинация будет проходить в той последовательности, какой она идет во всем мире: сначала врачи, учителя, полицейские, люди, страдающие хроническими заболеваниями и т.д. И это было правильно. Однако, теперь этот сценарий сбился и процесс идет очень хаотично. Тем более, что все это должно сопровождаться очень тщательными и системными разъяснениями. Народ все еще не понимает, зачем вакцинироваться, какие существуют риски. Впрочем, боюсь, что этого не понимают даже медики. В итоге, все это может привести к дискредитации самого процесса вакцинирования.
Дело в том, что для получения прививки очень важно, чтобы человек был клинически здоров – нужно исключить даже простуду, не говоря уже о стадии обострения какого-либо хронического заболевания – высокий сахар, гипертония, заболевания печени, почек… Понятно, что у нас более половины населения страдает от хронических заболеваний, но именно поэтому нужна чрезвычайная щепетильность. Если у вас высокий сахар, то на момент вакцинации нужно добиться его минимальных значений также, как и на момент ревакцинации. То же самое можно сказать и о других заболеваниях. В каждом случае нужен индивидуальный подход.
Тем, кто только что переболел в тяжелой форме, пока не обязательно вакцинироваться. Как минимум на шесть месяцев у них сформирован иммунитет. А вот тем, кто переболел в легкой форме – нужно вакцинироваться.
В целом вакцины безвредны. Может немного подняться температура, возможна локальная реакция в месте введения, слабость, местная болезненность, но обычно через день-два все эти симптомы проходят. Это я исследовал на себе, у меня было небольшое покраснение на месте введения, которое через день прошло. Хотелось бы отметить, что есть информация, где по данным трех этапов исследований наша казахстанская вакцина менее реактогенна, чем российский «Спутник».
– Эти меры предосторожности касаются всех видов вакцин? Пишут, что более безопасны Pfizer и Moderna, поскольку они более адаптивны к хроническим заболеваниям. В США людям ставят прививки, не выходя из машин.
– «Спутник» и наша вакцина ничем не уступают Pfizer и Moderna. Количество случаев индивидуальной непереносимости примерно одинаковое. По данным ученых разработчиков, эффективность российской и казахстанской вакцин – от 80 до 90 процентов.
– Когда появится наша вакцина? К сожалению, у нас многие не доверяют отечественной вакцине.
– Создатели этой вакцины – очень серьезный коллектив, который известен очень давно в профессиональных кругах. Он был создан еще в 70-х годах для решения очень специфических задач в области биологической безопасности страны. Его специально расположили так удаленно – в Отаре. Сейчас он называется НИИ проблем биологической безопасности МОН РК, а раньше просто - сельхозинститут. Он занимается не только исследованием и профилактикой особо опасных инфекционных заболеваний человека и животных, но и заболеваний растений.
– А какое отношение он имеет к американской лаборатории?
– Никакого. Это совершенно разные исследовательские центры. Уникальность этого НИИ заключается в том, что это высокопрофессиональный коллектив ученых, который удалось сохранить после развала СССР, которым удалось сохранить и развить базу, методики, уникальный музей штаммов. Ученые все эти годы ведут постоянные исследования и мониторинг особо опасных инфекционных заболеваний, выясняют причины, разрабатывают эффективные методы их диагностики и профилактики. Выделяют и характеризируют штаммы, сегодня музей НИИ имеет очень интересную коллекцию возбудителей особо опасных заболеваний, которые очень известны в ученом мире и актуальны. Эти штаммы в перспективе могут стать или базой для эффективной вакцины или диагностической тест-системы, что обычно так и делается.
Сотрудники института – штучный товар. Это люди, которые посвятили и посвящают всю свою жизнь работе с особо опасными инфекциями. Просто о них знали только узкий круг специалистов. Может быть поэтому, их немного отодвинули на обочину, а может, элементарно забыли. Возможно, они и сами не проявили достаточной активности, может и вовремя не было финансирования. В самом начале пандемии был огромный дефицит тест-систем – так вот для них разработка тест-систем не составила бы никакого труда, они и посложнее вещи делали и делают. Очень странно, конечно, что так получилось. Думаю, поэтому мы опаздываем с нашей вакциной. Если бы вовремя спохватились, я думаю, что наша вакцина была бы готова одновременно с российской.
– Нам обещали, что казахстанская вакцина будет уже в апреле-мае. Когда ее ждать теперь?
– Сейчас идет третий, заключительный, этап апробации. В июне-июле он будет окончательно завершен. На сегодняшний день уже получены очень положительные результаты по итогам доклинических и клинических исследований, проведена регистрация препарата в уполномоченных органах республики. Поэтому мы могли бы пойти по пути России, которая также зарегистрировала свою вакцину до конца клинических испытаний. Насколько мне известно на данный момент, ученые НИИ работают, как всегда, по полной, идет наработка первой серии вакцины и проводится проверка качества вакцины по всем необходимым параметрам, в мае медики должны получить первую партию. Кстати, российские коллеги очень высоко оценивают качество нашей вакцины.
– А от кого это зависит?
– Для этого должны проявить инициативу и настойчивость сами разработчики, МОН и Минздрав, ну и конечно необходимо соответствующее и своевременное финансирование. Я думаю, чтобы ускорить процесс, эти вещи должны быть выполнены. Тогда уже в мае, июне начнется их более широкое производство, что для нас критически важно. Завод уже практически готов, но есть определенные сложности с финансированием оборудования. Если он запустится, то страна получит миллионы доз, и они будут гораздо дешевле и не менее эффективнее «Спутника» и западных вакцин.
– Какой вакциной вы рекомендуете воспользоваться?
– Той, которая доступна. Пока у нас есть только «Спутник», а летом надеюсь, будет и наша. По Pfizer идут переговоры, но там есть проблема с логистикой и хранением. Для минус 70 необходимо очень дорогое оборудование, к тому же ее надо правильно хранить, размораживать. Смогут ли наши все делать правильно – большой вопрос.
Наверное, уже давно надо было вести переговоры с китайской стороной по поводу их вакцины – запросить хотя бы миллион-полмиллиона уже на эту весну. Тем более, что прогнозировалась вспышка. По крайней мере, чтобы была такая возможность. Китайская вакцина уже проверена – вакцинированы миллионы людей и результаты, судя по информации, хорошие.
– А эффективны ли эти вакцины против южноафриканского и британского вирусов?
– Имеющиеся данные позволяют сказать, что и российская, и наша вакцины способствуют защите от британского и южноафриканского вирусов. Их мутация еще не так существенна и существующие вакцины несут необходимую информацию от воздействия этих штаммов. Но даже если произойдет более существенная мутация, и действующие вакцины окажутся не эффективны, всегда есть возможности быстро перестроиться и модернизировать имеющуюся вакцину с учетом мутировавшего участка этого вируса.
– Почему, даже при начавшейся вакцинации, нам говорят, что ковид теперь навсегда?
– Вирусы были, есть и будут. И семейство короновирусов известно давно. Просто на этот раз мы столкнулись с его новым видом, растерялись. Да еще началась интенсивная по своему охвату инфодемия. По индексу контагиозности (способности заражать) ковид уступает той же кори или другим инфекционным заболеваниям. Если у других опасных инфекционных заболеваний индекс контагиозности – 9-10, то у ковида – 3-4, то есть три раза меньше.
Дело в том, что, во-первых, мы столкнулись с чем-то неизведанным, а теперь, как оказалось, еще и непредсказуемым. Мы видим, что переболевшие ковидом очень часто страдают от осложнений, причины и последствия которых надо теперь тщательно изучать. То есть у ковида способность к заражению ниже, но последствия гораздо более непредсказуемы. Протоколы лечения все еще отрабатываются, но хотя бы построение вакцин понятно. Поэтому сейчас самая главная задача – повысить процент иммунного поля – чем больше людей будет вакцинировано, тем меньше шансов, что вирус нас обхитрит. Так как вирус проходя через восприимчивые организмы имеет способность мутировать и чем быстрее и больше вакцинировать, тем меньше будет поле для его распространения. Этому Вирусу нужна питательная среда, которой в данном случае является человек, ему надо жить, размножаться и он постоянно в поиске новой среды – нужно разрубить эту цепочку.
– А почему даже после вакцинации рекомендуют сохранять социальную дистанцию, носить маску?
– Потому что, даже после вакцинации каждый из нас продолжает быть источником заражения – не болеть сам, но подцепить штамм и заразить других, быть его носителем. Мы не должны быть эгоистами и быть спокойными за себя. Являясь абсолютно здоровыми, мы остаемся опасными для других. Пока этот вирус не будет побежден, надо соблюдать осторожность. Чем больше будет вакцинированное поле, тем больше шансов разрушить эпидемиологическую цепочку распространения вируса. А это могут сделать только вакцины.
– Чипирование хотя бы гипотетически возможно?
– Во-первых, это очень дорого! И ерунда конечно.
– Но при этом борьба с пандемией очень выгодна?
– А вот с этим соглашусь. Это хороший бизнес, огромные деньги.
– Так все-таки: вирус искусственный или нет?
– Последние исследования говорят о том, что нигде искусственного внедрения в данный вирус не обнаружено. Может быть, существующее оборудование и методики пока не позволяют их поймать. Но пока все говорит в пользу естественного появления. Сначала это мог быть обычный безобидный вирус, но на каком-то этапе произошел пассаж через восприимчивый организм, и он получил нужную информацию, чтобы стать высоковирулентным и патогенным.
Общество
![Дамель Мектепбаева: «Меня ждет за рубежом прекрасная работа, но я хочу, чтобы меня поддержали на родине» Дамель Мектепбаева: «Меня ждет за рубежом прекрасная работа, но я хочу, чтобы меня поддержали на родине»](/i/Posts/123743_li.jpg?1616050838)